Я готов откликнуться на любое предложение, если оно будет творчески интересным и заинтересует меня сложной судьбой героя, тем, что происходит с человеком, как он меняется под воздействием тех или иных обстоятельств. Это может быть и кино, и театр. Конкретных персонажей не могу назвать, вот чтобы Гамлета сыграть хотел – такого у меня нет. Есть и современные пьесы интересные, на которые очень хочется откликнуться и поработать.

Мне не мешает. Может, кому-то мешает мой веселый характер. К работе я отношусь очень серьезно. Просто у каждого свои способы и секреты настройки на конкретную роль или персонажа. Я так настраиваюсь – я завожу всех, мне нравится, когда я нахожусь в гуще событий, когда меня любят на съемочной площадке. Только в этом состоянии я могу плодотворно работать. Поэтому я всех веселю, завожу и куражусь.

Да. Уже запланировали, идет подготовка, пишется сценарий. Причем это не единственный проект, который мне нравится. Но работать будем постепенно. Мне это интересно.

Надеюсь, будет обязательно. Сейчас выйдут две картины, надеюсь, это будут два сериала, хотя сняты по принципу большого кино. Это «Небесный суд» и «Белая Гвардия». Ну и есть еще два проекта, которыми я с января начну заниматься. Но об этом я не буду говорить – мы люди суеверные. Но будет много интересного. Не переключайтесь!

Нет. Это вообще не приветствуется на съемках. Но иногда есть такие ситуации, когда требуется мое лицо в кадре, и после этого идет трюк. Когда по-другому нельзя, я делаю все сам. Но обычно этим занимаются профессиональные каскадеры. Я не смею забирать их хлеб. Думаю, этим должны заниматься профессионалы.

Да, мы были друзьями. Мы вместе прожили немало славных лет. Дружили семьями. Поэтому это большая утрата. Жалко, что его нет с нами. Но, я думаю, он сейчас пребывает в лучшем мире. Нет, продолжения не будет. Без него это не имеет смысла. Но нет еще одного прекрасного актера – Андрея Толубеева, с которым мы работали в этом же проекте. То есть наша команда сильно поредела.

Приходите на спектакль, после можем познакомиться, сфотографироваться – не вопрос.

Как такового табу нет. Только если в этом нет творчества и какой-то моральной основы – такие роли я бы не играл. Все зависит от сценария. Если он плохой, так я вообще не берусь за работу. Если сценарий интересный, тогда надо смотреть, что это за персонаж и почему он такой. Это сложный вопрос. Но плохие сценарии просто не рассматриваю.

С возможностью заработать деньги, как ни странно. Ну а что, реклама это разве великое творчество? Все, по-моему, понимают, что съемки в рекламе – это способ заработать деньги. У меня пятеро детей. Мне нужны деньги. (Улыбается.)

У меня нет нелюбимых ролей в кино. Они же все для меня как дети. Все с разным характером, с разными проявлениями. Как говорится, кто-то больше по математике, кто-то по-русскому, кто-то по физкультуре самый лучший. Н есть особо ценные роли, которые принесли мне настоящее удовольствие. Это и «9 рота», и «Ликвидация», и «Исаев». Но это больше связано с работой с режиссерами: Сергей Владимирович Урсуляк, Федор Сергеевич Бондарчук, Александр Анатольевич Прошкин – мне нравится работать с умными людьми. Вот сейчас, дай Бог, что все будет нормально – выйдет новая картина «Белая гвардия», где я работал с Сергеем Олеговичем Снежкиным.

Я своих детей тискаю, балую. Не так часто приходится быть дома – гастроли, съемки. Но все свободное время я пытаюсь посвятить своим детям. Старшие у меня спортсмены, дочка пошла заниматься теннисом – мне хотелось бы, чтобы они у меня были разносторонними личностями, поэтому стараюсь уделять им как можно больше времени. Дети дают силу и возможность жить и творить дальше. А хороший я или плохой, они сами скажут.

А как вы собираетесь кино без денег снимать? Американское кинопроизводство не убивает. Когда у нас будет производство, а не «на коленке» мы будем каждый фильм снимать, когда это будет индустрия – будет искусство. Кино должно приносить деньги, иначе оно просто пропадет. Это закон бизнеса. Пока у нас кино не бизнес. Пока у нас кино – это школьная поделка.

И вам всего самого хорошего, любви и счастья!

В свободное время – в семье. В рабочее – на работе. (Смеется.) Никаких секретов нет.

Возможность попробовать что-то новое и постоянно держать себя в тренинге – это театр, конечно. В кино ты уже эксплуатируешь то, что ты нарабатываешь здесь. Хотя работать в театре несладко. Но мы пытаемся оставаться в театре.

Да никак. И не верю. Поэтому ушел. Теперь все вопросы к Марату Башарову.

Просто – окончил театральный институт – и вот я в театре. Я всегда мечтал об этом. Но пути Господни неисповедимы. Сначала Он послал меня в армию, там я получил определенный жизненный опыт, о чем теперь не жалею. А после этого пошел в театральный институт. Бывают и такие повороты в судьбе.